Skip to main content
Thousands of Iraqis who fled IS’s iron grip and the US-led coalition’s bombing campaigns, they have all but lost hope in their country’s future. Their story is a testament to the fact that, while the Islamic State group has been crushed militarily, peace and prosperity remain a distant dream for many Iraqis.
Международный отчет о деятельности MSF за 2018 год

Ирак

Children displaced by fighting from Islamic State group and the US-led coalition’s bombing campaigns fill a water bottle at a tank in Amriyat al-Falluja displaced persons camp. Iraq, October 2018.
© Mohammad Ghannam/MSF
Ebola disease in DRC: find out how we're responding
Learn more
МЕДИЦИНСКИЕ ПРОЕКТЫ MSF В ИРАКЕ В 2018 ГОДУ Медицинские потребности в Иране по-прежнему крайне высоки: в стране насчитывается почти два миллиона внутренне перемещенных лиц, а многие учреждения здравоохранения частично или полностью разрушены.
Медицинские проекты «Врачей без границ» в Ираке в 2018 году/MSF in Iraq 2018
Медицинские проекты «Врачей без границ» в Ираке в 2018 году/MSF in Iraq 2018

В конце 2017 года в стране наблюдалось ослабление конфликта, и в 2018 году все больше вынужденных переселенцев начали возвращаться домой, однако жители страны по-прежнему испытывают ряд значительных сложностей. У многих внутренне перемещенных семей нет документов, их дома почти или полностью разрушены, а источники заработка исчезли; кроме прочего, в некоторых районах сохраняется угрожающая безопасности обстановка. Общее положение остается сложным и непредсказуемым из-за нескончаемых политических споров, межплеменных конфликтов и нападений вооруженных группировок.

В 2018 году «Врачи без границ» продолжали работать с вынужденными переселенцами и людьми, возвращающимися домой, а также группами населения, сильнее всего пострадавшими от конфликта. Мы оказываем им различные виды помощи, начиная от первичной медико-санитарной помощи и лечения хронических болезней и заканчивая материнским здравоохранением, педиатрической и неотложной помощью, хирургическим лечением и психологической поддержкой. В целях скорейшего восстановления системы здравоохранения Ирака мы также полностью отремонтировали и оборудовали больницы и клиники в некоторых районах, наиболее пострадавших от военных действий.

Мухафаза Анбар

Мы продолжали оказывать первичную медико-санитарную помощь, лечение хронических болезней и психологическую помощь, включая психиатрическое лечение, в двух лагерях для внутренне перемещенных лиц. Мы передали эту работу министерству здравоохранения во второй половине года благодаря постепенному сокращению численности лагерей и появлению в регионе других медицинских организаций.

В апреле мы открыли амбулаторную клинику в учебной больнице Эр-Рамади и начали лечить пациентов с психическими расстройствами умеренной и тяжелой степени.

 

Мухафаза Багдад

В 2018 году команды «Врачей без границ», работающие в Лечебно-реабилитационном центре Багдада, провели послеоперационную реабилитацию 261 пациента с тяжелыми травмами; наша помощь включала психотерапию, купирование боли и психологическую поддержку. Мы также завершили капитальный ремонт в отделении неотложной помощи больницы имени Имама Али, расположенной в городе Мадинат-эс-Садре В частности, мы установили высококачественное медицинское оборудование и учредили новую систему сортировки пострадавших. Кроме этого, мы снабдили национальную программу по борьбе с туберкулезом 60 000 таблеток препаратов 1-го ряда и, в целях повышения эффективности выявления лекарственно-устойчивого туберкулеза, бесплатно передали лабораторное оборудование GeneXpert клинике заболеваний органов грудной клетки и дыхательных путей.

Мухафаза Дияла

В мухафазе Дияла команды «Врачей без границ» помогали семьям, возвращающимся домой; в частности, мы проводили лечение хронических болезней и оказывали психологическую поддержку и помощь в области полового и репродуктивного здоровья на базе центров первичной медико-санитарной помощи Джалаулы и Садии, а также работали в лагерях для внутренне перемещенных лиц в Ханакине. Кроме этого, мы проводили обучающие занятия по хроническим и эндемическим заболеваниям, половому и репродуктивному здоровью и первой психологической помощи.

Мухафаза Киркук Поток людей, возвращающихся в Хавию — одну из территорий, наиболее пострадавших от конфлик- та, — не прекращался в течение всего года. В этой связи наши команды провели почти 14 500 амбула- торных консультаций, а также оказали лечение паци- ентам с хроническими болезнями и организовали мероприятия по санитарному просвещению в А ль- Абасси и Хавии. Мы также оказывали психологиче- скую помощь в А ль-Абасси и восстановили водона- порные станции в А ль-Шазире и А ль-Абасси для снабжения населения чистой водой и профилактики вспышек инфекций, передающихся через воду. Мы продолжали оказывать первичную медико-са- нитарную и психологическую помощь в лагере Да- кук вплоть до его закрытия в сентябре 2018 года и обеспечивали техническую поддержку и обуче- ние сотрудников в больнице Хавии, в частности, в области оказания неотложной и акушерской по- мощи и лабораторных услуг, а также в профилакти- ке и контроле инфекционных болезней.

Мухафаза Эрбиль

Мы оказываем психологическую, психиатрическую и социально-психологическую помощь населению четырех лагерей в окрестностях Эрбиля, а также внутренне перемещенным лицам и местному населению Калака. В октябре мы частично свернули свою деятельность ввиду сокращения численности населения лагеря и сосредоточились на лечении психических расстройств средней и тяжелой степени и хронических болезней.

 

There are 12 beds in the emergency room, two for the red cases (life threatening emergencies requiring immediate care) and 10 for yellow cases. 
Dr. Mohammed Salih, an MSF doctor:  “At the beginning of the project, we received massive influxes of wounded, approximately 100 to 120 patients per day in the emergency room. You know, with the war there was a lot of trauma injuries explosions, we intervened to stabilize them. It was vital first aid. Now we focus on red cases, as well as paediatric and medical emergencies."
Dr Mohammed Salih and his colleague treat a young patient in the emergency room at Nablus hospital in west Mosul, Iraq, March 2018.
MSF/Louise Annaud

Мухафаза Киркук

Поток людей, возвращающихся в Хавию — одну из территорий, наиболее пострадавших от конфликта, — не прекращался в течение всего года. В связи с этим наши команды провели почти 14 500 амбулаторных консультаций, а также оказали лечение пациентам с хроническими болезнями и организовали мероприятия по санитарному просвещению в Аль- Абасси и Хавии. Мы также оказывали психологическую помощь в Аль-Абасси и восстановили водонапорные станции в А ль-Шазире и А ль-Абасси для снабжения населения чистой водой и профилактики вспышек инфекций, передающихся через воду.

Мы продолжали оказывать первичную медико-санитарную и психологическую помощь в лагере Дакук вплоть до его закрытия в сентябре 2018 года и обеспечивали техническую поддержку и обучение сотрудников в больнице Хавии, в частности, в области оказания неотложной и акушерской помощи и лабораторных услуг, а также в профилактике и контроле инфекционных болезней.

Мухафаза Найнава

Несколько пригородов Мосула превращены в руины, и тысячи местных жителей не имеют доступа к базовым государственным услугам, как, например, медицинской помощи, воде и электроэнергии. В этой связи мы в 2018 году расширили медицинскую деятельность в восточной и западной частях Мосула. В районе Наблус, на западе Мосула, мы координируем работу комплексного родильного отделения, где есть возможности для проведения кесаревых сечений и лечения детей, включая новорожденных, а также стабилизации и направления пациентов на получение неотложной и психологический помощи.

Наши команды приняли более 5 300 естественных родов, выполнили 1 117 кесаревых сечений и оказали неотложную помощь 34 530 пациентам. В апреле мы открыли на западе Мосула учреждение комплексного послеоперационного ухода для пациентов с травмами от насилия и несчастных случаев. В учреждении имеется мобильная операционная, стационар на 20 коек, одиннадцать послеоперационных палат, отделение психологической помощи и отделение реабилитации. В июле мы запустили программу, направленную на повышение доступности психологической и социально-психологической помощи. Наши команды работали в трех медицинских центрах и проводили консультирование, оказывали первую психологическую помощь и социально-психологическую поддержку и направляли пациентов на психиатрическое лечение.

В конце года мы также завершили капитальный ремонт круглосуточного отделения неотложной помощи больницы Ал-Саламы; теперь здесь имеются две палаты, травматологическое отделение, аптека, кабинеты для консультаций и зона сортировки пациентов.

К югу от Мосула мы проводили консультации по неотложной помощи, интенсивную терапию и лечение ожогов и оказывали психологическую помощь жителям и вынужденным переселенцам, проживающим в районе Кайяры и окрестностях. В больнице MSF вместимостью 62 койки имеются стационарное отделение, педиатрическая палата и стационарный центр лечебного питания. На протяжении 2018 года медицинские потребности вынужденных переселенцев и людей, возвращающихся домой, продолжали расти, и поэтому мы расширили работу по лечению ожогов и оказанию помощи новорожденным, а также открыли в больнице вторую операционную. В течение года наши команды провели более 18 000 консультаций по неотложной помощи и выполнили почти 2 500 хирургических операций. В начале 2018 года мы также начали оказание первичной медико-санитарной помощи в лагере Кайяра-Эирстрип, включая амбулаторное лечение недоедания, психологическую помощь, помощь в области полового и репродуктивного здоровья, а также направление пациентов на лечение. В июле мы открыли круглосуточное отделение неотложной помощи. В августе мы закончили капитальный ремонт больницы Синуни, расположенной в районе Синджар, где во время конфликта медицинская помощь была крайне ограничена. Теперь в больнице есть полностью оборудованные отделение неотложной помощи, родильное отделение, стационарное педиатрическое отделение и отделение психологической помощи. Мы также продолжили поддерживать медицинское учреждение Таль-Марак, расположенное в районе Зумар, в оказании помощи матерям и новорожденным, базовой педиатрической помощи и психологической поддержки, а также стабилизации пациентов в отделении неотложной помощи.

Мухафаза Салах-эд-Дин

В течение первого полугодия 2018 года мы проводили амбулаторные и психологические консультации для людей, возвращающихся домой, и внутренне перемещенных лиц на базе наших мобильных клиник в Тикрите. Кроме этого, мы координировали работу центра первичной медико-санитарной помощи в лагере Аль-Аллам. В июне 2018 года мы передали нашу работу департаменту здравоохранения Ирака ввиду снижения числа внутренне перемещенных лиц и расширения деятельности других организаций в этом районе.

Помощь в чрезвычайных ситуациях

После того как из различных регионов Ирака поступили сообщения о случаях заражения вирусом геморрагической лихорадки Крым-Конго, мы оперативно направили туда команду экспертов для поддержки работы медицинских учреждений. В июле мы обучили 228 врачей, медсестер и уборщиков пяти муниципальных больниц в мухафазах Кадисия, Наджаф, Бабиль и Багдад. Мы также оказали поддержку департаменту здравоохранения в вакцинации более 111 000 детей в возрасте от шести месяцев до 15 лет на фоне вспышки кори, которая произошла в июле в мухафазе Найнава.

История Расмии

История Расмии В 2004 году, после вторжения США в Ирак, Расмия потеряла четырех сыновей при бомбежке их родного города Эль-Фалллуджа. Пятый сын с 2006 года сидит в тюрьме по обвинению в сотрудничестве с боевиками. «Восьмого января 2014 года мы с сыном Мухаммедом бежали из Эль-Фалурджи. Мы отправились в Багдад». Несмотря на обстрелы, муж Расмии отказывался покидать Эль-Фаллурджи, но в 2015 году она смогла его убедить. «Он так отощал, что я его не узнала. Он умер спустя два месяца после прибытия в Багдад. У нас не было денег, и для нас не было адекватной медицинской помощи». В октябре 2016 года у Расмии не оставалось выбора, кроме как отправиться в лагерь для вынужденных переселенцев Амирия-эль-Фаллуджа. «Мой сын Мухаммед пришел со мной в лагерь, и ему удалось найти работу на местном заводе. Но три месяца назад приехали вооруженные люди и забрали его. С тех пор я ничего о нем не знаю». Седьмой сын и четыре дочери Расмии живут в Багдаде. «Как бы мне хотелось поехать и повидаться с ними. Но лагерь окружен блокпостами, и я не могу его покинуть».

Rasmiyya, 63, who raised seven sons and four daughters, now lives alone in a camp for displaced people. Her story reflects the multiple layers of violence and loss that many in Iraq have suffered over recent years.
In 2004, following the US invasion, she lost four of her seven sons in the bombing of their home city Falluja. Their names were Haqqi, aged 27 at the time of his death, Omar, aged 25, Adnan, 16, and Ahmad, 21. 
“I was out of the house. My husband and I had gone to buy food for the children. When we came back we saw the house had been reduced to rubble. I wished at that moment that I could have stayed home and died with them. It took me a while to find some peace again. God gave them to me, and God took them away again. I am now waiting to see them in heaven,” she says. 
The US compensated Rasmiyya and her husband for the destruction of their home, which they were able to rebuild. 
Another of her sons, Sarhan, has been jailed since 2006, accused of collaborating with militants. “He is still in prison to date. Sometimes I hear news that he is still alive in there,” Rasmiyya says.
Several years went by, the Islamic State took over Falluja, and once again life became unbearable for Rasmiyya and her family.
“The bombing (by the US-led coalition against IS) was horrific and constant,” she says. 
“I fled Falluja with my son Mohammad, on January 8, 2014. We went to Baghdad. The journey there was really hard because the roads were blocked. But we eventually made it.”
For a time, Rasmiyya’s husband Ismail refused to leave Falluja in spite of the bombing. But in 2015 she travelled back to her home city to convince him to flee. “I didn’t recognise him, he was so thin,” she said.
“And after two months in Baghdad, he died. We had no money, and there were no adequate medical services for us.”   
In October 2016, Rasmiyya had little choice but to move to Amriyat al-Falluja camp for IDPs. 
“My other son Mohammad, who came with me to the camp, was lucky to find a job in a factory nearby. But three months ago, a group of armed men arrived in a car and took him away. I have had no news of him since.” 
Rasmiyya calls Mohammad’s phone at least five times a day since he was taken and it is still turned off. “I always think he will answer.” 
Rasmiyya has four daughters living in Baghdad, as well as a son named Khaled. “I wish I could fly there to see them. The checkpoints surrounding the camp prevent me from leaving,” she says.
Rasmiyya, 63, raised seven sons and four daughters, and now lives alone in Amriyat Al-Fallujah camp for displaced people. Iraq, October 2018.
© Mohammad Ghannam/MSF